Откуда берутся дети (Аргентина)



Им не нужно, чтобы за них платили, им нужно, чтобы их любили
 

15.04.2010 | http://slon.ru/blogs/petrachkova/post/357233/?sphrase_id=123129

В Аргентине не платят денег ни за второго, ни за третьего, ни за десятого ребенка. Трудовое законодательство в отношении молодых мам здесь не такое жесткое, как в США, но и не такое мягкое, как в России. Тем не менее, в Аргентине при почти одинаковом с Россией ВВП на душу населения рождаемость выше на 60% (17,94 против 11,1 рождений на 1000 человек), а коэффициент рождаемости – отношение числа детей к числу женщин репродуктивного возраста, или, грубо говоря, сколько женщины в среднем рожают детей за свою жизнь – составляет 2,35 в Аргентине и 1,41 в России (для воспроизводства населения нужно 2,15–2,2).

Чтобы понять, почему это так, нужно побыть беременной женщиной в Аргентине. Все начинается уже в аэропорту: для них на паспортном контроле специальное окно, чтоб не стоять в общей очереди. Во всех супермаркетах есть отдельные кассы, и беременным еще полагаются места на парковке близко ко входу. Естественно, в транспорте то же самое. Чисто теоретически, дадут сесть и в России, и в Европе, только разница в том, что в Буэнос-Айресе никому не надо тыкать в лицо животом: в течение 10 секунд найдется пара человек, которые уступят место. И не дай бог сидящим зачитаться: остальные полвагона дружно займутся расчисткой сидений. Вообще, куда не приди, – народ расступается, и делает это не так, будто это большое одолжение с его стороны, а с выражением глубокого уважения на лице. Складывается ощущение, что каждая беременная собирается родить Иисуса Христа или, по меньшей мере, Деву Марию. Что касается рождения, то здесь, как и во всем мире, существует движение за гуманизацию этого процесса. Но им есть, с чего начинать: мамы и новорожденные обязательно находятся вместе, а из больницы отпускают на третий день – нечего там больше делать.   

Чудо продолжается, когда мальчик или девочка появляются на свет. Редкий прохожий равнодушно пройдет мимо коляски без того, чтобы не сообщить родителям, что у них самый что ни на есть расчудесный на свете малыш. Даже мальчики лет 12, которым по возрасту положено презирать девчонок и сопливых младенцев, присвистывают вслед: «Какой красивый пупс!». А 25-летние парни безошибочно определяют возраст ребенка до года. Все устроено так, что мамы не изолированы от общества. Грудью можно кормить где угодно. Пока у девушки в руках младенец, грудь – это не сексуальный объект, а залог здоровья нации, о чем гласит развешанная по городу социальная реклама. 

В ресторанах нельзя курить, и во всех есть детские сиденья, так что в них принято ходить с детьми, начиная с пеленок. Если малыш расплачется где-нибудь в общественном месте, никому в голову не придет раздражаться по этому поводу. Наоборот, соседи начнут бренчать связками ключей, корчить рожи, вспоминать все известные прибаутки, чтобы его успокоить. Папы не просто зарабатывают на хлеб, но принимают самое активное участие в уходе и воспитании с рождения. Нередко можно увидеть прогуливающегося с коляской по парку папу, пока мама делает педикюр, готовит ужин или спит. Бывает даже, что папа пьет с другом пиво, а на руках у него сидит полугодовалая дочка. Это, правда, накладывается на другой замечательный обычай, что папа с другом пьют по кружке и на этом расходятся по домам. 

В одном из дорогих районов города, в полуквартале от нашего дома сделали новую детскую площадку, а могли бы «свечку» построить. И не сказать, что в площадках есть недостаток: в пяти минутах ходьбы находятся еще две. В детские сады тоже нет никаких очередей, и попадаются они раз в несколько кварталов. 

В результате среди государств, где ВВП на душу населения выше $13 500, в Аргентине – один из самых высоких уровней рождаемости. Она пропускает вперед только несколько мусульманских стран (Саудовскую Аравию, Кувейт и Бруней), а также Израиль – страну с еще более древними и крепкими семейными традициями. К тому же это одна из немногих относительно развитых стран, где население растет на 1% в год, причем исключительно своими силами, а не за счет мигрантов. Надо добавить, что в Аргентине запрещены аборты, однако не стоит преувеличивать значение этого факта в образованном обществе с сегодняшним развитием контрацепции. В Польше прерывание беременности тоже незаконно, но с рождаемостью там еще хуже, чем в России (10 новорожденных на 1000 населения и 1,28 детей за всю жизнь). 

В России в последние годы были предприняты меры по повышению рождаемости. Одна из самых известных – материнский капитал: в 2010 г. 343 378 руб. за второго ребенка. Это 35 средних по стране зарплат – щедрый подарок и без того счастливым родителям. При этом в России очень либеральное трудовое законодательство в отношении молодых мам. По закону в течение почти пяти месяцев они получают полную зарплату, но не выше 34 583 руб. Потом до 1,5 лет ребенка им положено пособие от государства от 2000 до 14 000 руб. На это, конечно, не проживешь, но в большинстве стран вообще ничего не платят. А компания до исполнения ребенку трех лет обязана сохранять место и в любой момент, когда женщина решит вернуться на работу, предоставить ей ту же должность и зарплату.   

Например, в Аргентине зарплату платят три месяца, а место без зарплаты можно держать до года. В США правила зависят от штата, но, как правило, речь идет о нескольких неделях. К примеру, в Калифорнии это шесть недель и 55% зарплаты, но не выше $850 в неделю, а потом все – либо возвращайся, либо до свидания. Кстати, это не мешает американкам рожать больше, чем русским (13,83 новорожденных на 1000 человек). 

На этом простые меры по повышению рождаемости в России заканчиваются. Теперь нужна подробная концепция по формированию  культуры именно семьи и материнства. Это дешевле, чем раздача сертификатов на материнский капитал, но требует креативности и последовательности. В российской истории уже были примеры глобальных изменений в системе ценностей за короткий промежуток времени. Например, большевикам очень быстро  удалось превратить население из религиозного в основном в атеистичное. Ломать, конечно, не строить. Но иначе детям неоткуда будет взяться.